В Техасе разгорается громкий судебный процесс против одного из крупнейших стриминговых сервисов в мире — Netflix. Генеральный прокурор штата Кен Пакстон подал иск, в котором обвиняет компанию в систематическом незаконном сборе персональных данных пользователей, включая детей, а также в намеренном проектировании интерфейса, вызывающего привыкание. Власти Техаса утверждают, что за обещаниями удобного просмотра скрывается хорошо отлаженная машина по слежке и монетизации поведенческих паттернов зрителей.

Согласно иску, поданному в суд в мае 2026 года, Netflix на протяжении многих лет вводил потребителей в заблуждение относительно своих методов работы с данными. Компания публично заверяла, что не собирает и не передает большие объемы пользовательской информации, однако на деле, как утверждает Пакстон, стриминговая платформа превратилась в «компанию по сбору логов». Выражаясь образно, Netflix фиксирует и монетизирует миллиарды поведенческих событий — от каждого клика и паузы до времени просмотра и даже типа используемого устройства. «Иногда еще и показывает фильмы», — с иронией добавляет прокурор в исковом заявлении.

Особое возмущение властей вызывает тот факт, что тотальная слежка распространяется не только на взрослые учетные записи, но и на детские профили. Netflix, по версии обвинения, анализировал привычки несовершеннолетних зрителей, собирал данные о том, какие именно шоу, в какое время и с какой частотой смотрят дети. Эти сведения, как утверждается в иске, впоследствии передавались сторонним рекламным технологическим компаниям и дата-брокерам. По оценке Пакстона, подобная практика приносит Netflix миллиарды долларов ежегодного дохода, превращая личную жизнь подписчиков в товар.

Ключевой частью обвинения стал тезис о намеренном создании зависимости. Генеральный прокурор Техаса заявляет, что интерфейс Netflix спроектирован таким образом, чтобы искусственно удерживать внимание аудитории, особенно детей и подростков. В качестве наиболее наглядного примера приводится функция автовоспроизведения следующего эпизода. По мнению истца, эта, казалось бы, безобидная опция на самом деле является инструментом психологического программирования: она лишает зрителя возможности сделать осознанную паузу, подталкивая к бесконечному потреблению контента. «Конечная цель Netflix — приковать детей и семьи к экранам, собрать их данные и затем монетизировать их», — цитирует BBC слова Пакстона.

В связи с этим прокурор требует по умолчанию отключить функцию автовоспроизведения на территории штата, а также наложить полный запрет на сбор персональных данных пользователей без явного и информированного согласия. Фактически речь идет о пересмотре самой бизнес-модели стримингового гиганта, который исторически опирался на персонализированные рекомендации и аналитику поведения.

Сам Netflix уже отреагировал на обвинения. В официальном заявлении от 13 мая 2026 года компания категорически отвергла все пункты иска. Представители сервиса назвали претензии необоснованными и основанными на неточной и искаженной информации. Netflix подчеркивает, что серьезно относится к вопросам конфиденциальности и строго соблюдает все действующие законы о защите персональных данных и приватности во всех странах присутствия. Однако, учитывая масштаб требований и репутационные риски, это заявление вряд ли успокоит регуляторов.

Контекст происходящего приобретает дополнительное политическое измерение. Кен Пакстон — не просто генеральный прокурор Техаса, но и один из наиболее последовательных сторонников действующего президента США Дональда Трампа. В мае 2026 года Пакстон баллотируется в Сенат Конгресса США от Республиканской партии, и громкий иск против технологического гиганта может стать важным элементом его предвыборной кампании. Политическая подоплека очевидна: борьба с «большим технологическим братом» и защита семейных ценностей традиционно находят живой отклик у консервативного электората.

Стоит напомнить, что у Пакстона и Трампа давние и тесные связи. В 2020 году Пакстон уже подавал судебный иск против ряда штатов, утверждая, что те не обеспечили должную защиту президентских выборов от фальсификаций, что, по его мнению, привело к поражению Трампа. Позднее, когда самого Пакстона преследовали по уголовному делу, Трамп публично поддерживал его в социальных сетях и даже заявлял, что считает своей личной заслугой отклонение Сенатом Техаса процедуры импичмента в отношении прокурора. В марте 2026 года суд присяжных в Техасе, вероятно, также рассматривал связанные с ним дела — этот процесс продолжает привлекать внимание прессы.

Таким образом, иск к Netflix находится на пересечении сразу нескольких горячих тем: защиты приватности в цифровую эпоху, борьбы с зависимостью от экранов, особенно среди детей, и внутриполитической борьбы в США. Независимо от того, чем закончится судебное разбирательство, сам факт иска на уровне штата против глобального стримингового сервиса создает опасный прецедент. Другие регионы могут последовать примеру Техаса, особенно в свете растущего общественного запроса на прозрачность алгоритмов и контроль за распространением детских данных.

Пока же Netflix предстоит защищать не только свою бизнес-модель, но и репутацию. Вопрос о том, где заканчивается полезная персонализация и начинается тотальная слежка с элементами манипуляции, становится главной интригой этого процесса.